4 ноября Россия отметила День народного единства, который был установлен в честь событий 1612 года, когда народное ополчение, возглавляемое Кузьмой Мининым и Дмитрием Пожарским, освободило Москву от польско-литовских интервентов. Однако, что происходило в это время на Нижней Волге и Доне? Об этом расскажем ниже, опираясь на исследования, представленные в Волжской правде.
После смерти Ивана Грозного в 1584 году в России царила нестабильность: на трон претендовали три Лжедмитрия, страна страдала от голода и народных восстаний, а также испытывала давление со стороны польско-литовских и шведских захватчиков. В это смутное время Нижняя Волга лишь начинала укреплять свои южные рубежи. В 1556 году войска Ивана Грозного захватили Хаджи-Тархан, столицу Астраханского ханства, и основали русскую Астрахань, ставшую важным форпостом России на юге.
Скоро была построена и крепость Царицын. На Волго-Донской переволоке располагались сторожевые стрелецкие посты, охранявшие суда, проплывающие по Волге. Первое упоминание о крепости мы находим в письме английского путешественника Христофора Бэрроу, который в 1579 году писал: «На острове, называемом Царицыном, русский царь держит в летнее время отряд из 50 стрельцов для охраны дорог». Современный остров Голодный, находящийся напротив устья Царицы, считается его современным аналогом.
Первое упоминание о Царицыне в русских источниках датируется 2 июля 1589 года, в грамоте царя Федора Иоанновича, где говорится о поставке леса из Казани для строительства нового города на Переволоке. В этом документе содержится указание на отправку леса для строительства крепости, что подчеркивает важность этого региона в оборонительных планах России.
К 1591 году Царицын уже представлял собой крепость с 100 домами и церковью, как отмечали монахи-кармелиты, прибывшие сюда в 1606 году. Несмотря на свое обособленное положение, крепость не избежала перипетий Смутного времени. Существует информация о том, что царицынский воевода, боярин Фёдор Петрович Чудинов, поддержал Лжедмитрия I, что привело к тому, что город оказался в числе тех, кто признал власть Лжепетра.
24 октября (3 ноября) 1607 года воевода Федор Шереметьев, посланный царем Василием Шуйским для усмирения бунтовщиков, штурмовал Царицын. Записи воеводы показывают, что Царицын был взят, и многие изменники были пойманы или убиты. Однако в этих записях отсутствует упоминание о переправе на остров, что может свидетельствовать о том, что крепость к тому времени уже находилась на берегу.
После оставления Шереметьевым Царицына в 1608 году, город превратился в руины, а восстановление началось только в 1615 году, когда воевода Мисюра Соловцов построил новые укрепления на правом берегу Волги. Крепость имела прямоугольную форму и включала воеводскую избу, монастыри, таможню и тюрьму. В течение следующих ста лет Царицын оставался военным поселением, где гарнизон поддерживал порядок на водных и степных путях.
На заре XVII века Заволжье оставалось малоосвоенным степным регионом, где кочевники, такие как ногайцы и казахи, перемещались со своими стадами в поисках пастбищ. В то же время казачьи ватаги совершали набеги на торговые караваны, что создавало нестабильность в этом районе. Однако постепенно русское государство начало осваивать эти земли, что в свою очередь привело к строительству новых сторожевых постов и населенных пунктов.
Об этом свидетельствуют и воспоминания путешественников, таких как Федор Котов, который в 1623 году, проплывая мимо Царицына, описывал его окрестности как безжизненные просторы. В конце XV века итальянец Контарини также упоминал лишь о небольшом татарском хуторе, который располагался между современными Дубовкой и Верхним Погромным.
Несмотря на отсутствие населения в старину, в Заволжье существовало выражение: «На Ахтубе тихо, но без караула не ходи». Это было связано с активностью разбойников из кочевых народов, которые, хотя и были в меньшинстве, совершали нападения на редких путешественников и купцов.
Ситуация изменилась в 30-х годах XVII века, когда на эти земли пришли калмыки, которые были агрессивно настроены к русским. В 1634 году они сожгли Астраханскую крепость, что свидетельствовало о напряженности в регионе. К тому же, в Заволжье сохранились развалины золотоордынских дворцов, зафиксированные географом Александром Воейковым в 1824 году. Эти остатки напоминали о прошлом, когда татаро-монгольские поселения существовали до нашествия Тамерлана.
Таким образом, история Нижней Волги в Смутное время является ярким примером того, как политическая нестабильность и конфликты отражались на жизни региона, который, несмотря на свою запутанную судьбу, стал важным элементом в истории России.